18.01.2012
Просмотров: 1910, комментариев: 1

Была бы наша деревня жива, все бы бросили, и — туда!

Была бы наша деревня жива, все бы бросили, и — туда!

Новый год всегда хочется начать с чего-то нового.  Для газеты уже стало доброй традицией заводить новую рубрику, на которую бы с удовольствием откликались наши читатели, т.е. писали нам,  рассказывали что-то свое,  присылали интересные материалы. К сожалению, не каждая наша идея прижилась на страницах газеты. К примеру, рубрика «Старинное фото»  постепенно забылась и исчезла. А жаль. Это уникальная вещь, ведь порой ценные исторические моменты запечатлены на старинных снимках. 
Сегодня мы заводим новую рубрику «Люди забыли. История помнит!» и надеемся на сотрудничество всех джидинцев.
У каждого села есть своя история, свои традиции. Сегодня, мы хотим рассказать о тех населенных пунктах, которые существовали в нашем районе. Несомненно, в названии темы слово «забытые» можно считать неуместным. Ведь для тех, кто жил в этих деревнях, история жизни незабываема. Разве можно забыть свою жизнь, жизнь своих родителей, дедов – прадедов? Жизнь в деревне особенная: все на виду, все делают вместе, все друг о друге знают. «От людей на деревне не спрятаться». Жизнь в деревне далека от комфорта: воду нужно носить из колодца, топить печи, заготавливать дрова, ухаживать за скотиной, огородом. В бесконечном круговороте деревенских дел расслабляться нет возможности.
Люди в деревне трудолюбивые, надежные, порядочные. Какие тяжелые испытания смогли они выдержать: процесс раскрестьянивания или коллективизации, военное лихолетье, работу в колхозе  «за палочки», то есть трудодни. Рассказывая  об этом, люди до сих пор плачут.
Люди вынуждены были покидать родные, обжитые места. Деревни исчезли, заросли поля и луга, нет дороги к этим местам. А боль по заброшенной родине осталась.
Больно душе смотреть, как все рушится, как зарастают бурьяном деревенские улицы, огороды, поля.
С 1923 по 1989 г.г. в Бурятии исчезло 1613 населенных пункта, а их общее число сократилось в 3,6 раза. Если в 1923г. на территории Бурятии было 2222 сельских населенных пункта, то в 1989г. их стало 609. Хуторский же тип поселений в конце 80-х годов сохранился лишь в некоторых колхозах и совхозах в виде животноводческих стоянок.
Начать мы хотим с истории исчезнувшего села Чемуртай (ныне местность Чермутай). На современных картах этой деревни нет. На месте этой деревни остались только заросли крапивы и кустарников. Сама деревня сохранилась только в памяти весьма немногочисленных ее уроженцев, живущих сейчас в разных селах.
В монографии местного исследователя М.Д. Цаганова о селе Чемуртай упоминается как о казачьей деревне: «Село Чемуртай считалось заречной казачьей деревней, где жили потомки первых поселенцев. В долину Джиды русские пришли для охраны границы в связи с проведением купеческих и почтовых дорог через Хамар-Дабан. Главным занятием русских из поколения в поколение было земледелие, также держали скот, лошадей».
Мы встретились с одной из уроженок села Чемуртай Марией Васильевной Колмаковой. Ее дед Григорий Яковлевич Колмаков был участником событий, связанных с борьбой с контрреволюционными силами атамана Семенова. Отец Марии Васильевны был парторгом местной сельской ячейки. Сама она родилась тоже в этом селе в 1935 году. Ни больницы, ни фельдшерского пункта там не было, поэтому люди рожали на дому.
«Есть на земле одно, казалось бы, ничем не приметное местечко. Подобные ему в народе называют «глухоманью» или «медвежий угол». Располагается оно в местности Чермутай, окруженное лесами и заросшими полями. Это место раньше называлось село Чемуртай. Моя малая, ничем особенно не приметная родина, но дороже и роднее для меня нет уголка на свете. Здесь я прожила вместе с родителями Василием Георгиевичем и Анна Яковлевной 25 лет самой счастливой и беззаботной жизни.
Все мое дошкольное детство прошло в этой деревне, в садик я не ходила, так как до ближайшего села было не близко. Детей моего возраста было очень мало, зато, сколько простора для прогулок и развлечений. Это была «наша территория», «наша Земля».
Каждая лужа нами исхожена и «промерена», каждый ручеек для нас был «судоходным», колея на дороге и та нужна, как проезжая часть для наших самодельных «транспортных средств». Это летом, а зимой – с горки на санках, на лыжах по бескрайним полям, на самокатах по зеркальному льду прудов, несмотря на синяки и ссадины.  Наши сердца переполнялись радостью и счастьем. В селе было две улицы, одну мы называли Залуг, а другую низ».
Живя в исчезнувшем селе Чемуртай, они занимались скотоводством, хлебопашеством. Женщины на селе шили, вязали, пекли хлеб, растили детей. Еще сегодня можно увидеть домашнюю утварь тех времен. В данном селе когда-то была казачья часовня, которая для деревни имела огромное значение. Здесь семьи устраивали праздники, крестили, хоронили и отпевали умерших. Когда часовню разрушили у одного из жителей остался крест. Его потом старые люди носили на речку, молились с ним. Мария Васильевна была тогда маленькой девочкой, но помнит, как бегала за ними.
Тогда в каждой семье было по 10 – 12 детей. В первый класс Мария Васильевна пошла в 11 лет, так как только тогда в селе Чемуртай появилась учительница, которая преподавала на дому. Всего она закончила 5 классов, а потом стала работать на ферме в местности Сургузун.
Как вспоминает М.В. Колмакова: «Одной из причин исчезновения с. Чемуртай была река Джида. Летом ее переплывали, а осенью вода становилась холодной. Поэтому учеба переносилась на зиму, то есть до тех пор, пока на речке не вставал лед. Со временем дети подрастали, а учиться надо было в с. Петропавловка. Поэтому многие стали переезжать».
Также, со слов Марии Васильевны мы узнали, что в 50-е годы прошлого столетия произошло объединение с колхозом имени Буденного, что и послужило впоследствии основной причиной исчезновения с. Чемуртай. Переселение жителей в с. Петропавловка происходило до 70-х годов. Семья Колмаковых переехала в 60-м году.
«Если представить, что всего несколько десятилетий назад там бурлила жизнь.Люди работали, играли свадьбы, праздновали крестины, провожали новобранцев в армию, прощались с умершими. По протоптанным тропинкам бегала ребятня, в дни праздников от дома к дому ходили нарядные односельчане, садились за накрытые столы и запевали песни.
Мария Васильевна вспоминает жизнь в поселке с большой теплотой и любовью к  нему. Она считает, что прожила там свои лучшие годы, несмотря на то, что труд был нелегким. Может быть оттого, что испытывали там обыкновенные жизненные радости – рождение детей, удовлетворение от труда и общения, общие радости и трудности.
Эта удивительная женщина, жившая когда-то в давно покинутой деревне, открыла перед нами целый мир, удивительный и просто уникальный, потому, что теперь его уже нет. Вернее он есть, но только в памяти живших там людей. Они воскресили для нас благодаря этой памяти  жизнь, труд и быт чемуртаевских жителей.
Все жители села работали в колхозе, от мала до велика. Они ухаживали за колхозным огородом, пахали, копали, поливали и т.д. Жители с. Чемуртай много работали, вместе отдыхали. Клуба в селе не было, поэтому народ веселил себя сам, и по праздникам и в будни. Дружно жили с другими деревнями, ходили друг другу в гости. А как умели проводить праздники! Как только праздник или гулянье - шли песни петь. Голосистые девки пели одна лучше другой. Зимой ходили на вечерки. «Летом собирались на бугре, за которым текла речка, а в холода на дому. Насобираем дров, натопим печь и сидим».
На месте поселка – огромная поляна, окруженная со всех сторон лесом. Место очень живописное. Мария Васильевна с грустью вспоминает свою родину. Когда-то там кипела жизнь, а теперь только шумят ветви деревьев. Места очень красивые, жаль, что никто здесь уже не живет.
«Дома были в основном деревянными. В домах были печи с дымоходами. Под домами имелось подполье, служившее погребом. Рядом с домами находились бани и сараи, а так же и амбары, куда ссыпали зерно.
Для хранения имущества и припасов применялись различные приспособления. Одежда лежала в коробах; пряжа и шерсть в кузовах и кошелях; хлеб, соль, семена – в мешках, коробах, кадушках. Под масло использовались бочки. В кадках квасили капусту и солили огурцы. Мебели в то время не было, разве только кровати, да и то некоторые спали на нарах. Вместо стульев лавки. Вот так и жили. Почти каждая семья имела коров или лошадей, поросят, овец, кур. Люди относились друг к другу с пониманием. Они дружили между собой. Для нас, жителей Чемуртая, это самая болезненная утрата, это потеря конкретной родины, где мы родились и провели своё детство и юность, а многие всю жизнь».
Еще одной из причин исчезновения села Чемуртай стало то, что после войны были продолжены реформы. Началось объединение разрозненных мелких колхозов в один с целью укрупнения материально-технической базы за счет объединения средств. Реформирование должно было ликвидировать последствия военного и послевоенного падения производства и продолжить начатый в 30-е годы процесс обобществления производства. В 1950 году началось массовое укрупнение колхозов. Не смотря на объявленный принцип добровольности, слияние колхозов не зависело от желания и интересов крестьян-колхозников, и носило принудительно-добровольный характер. В ходе слияния процесс миграции крестьян усилился.
Магазина в Чемуртае тоже не было, а хлеб-то был. Да какой хлеб! Мы с вами такого не едали: вкусный, ароматный, испеченный в русской печи. В каждой избе посреди кухни стояла русская печь. Хозяйка любого чемуртаевского дома умела печь хлеб не хуже, чем на хлебопекарне, а может быть даже лучше. Хлебушек из такой печи выходил высоким, пропеченным, с хрустящей корочкой. А уж, какой запах издавал этот хлеб, словами не описать. В каждом деревенском дворе были колодцы-журавли. Срубы колодцев делали из дерева, и устье колодцев тоже выкладывали деревом.
Колхоз села Чемуртай назывался «Имени Буденного». Он, хоть и был небольшой,  имел пахотные земли, ферму – занимался растениеводством и животноводством. На ферме жили овцы, лошади, коровы. Детьми все ребятишки помогали колхозу на сенокосных работах. Трудностей хватало, работали с раннего утра до позднего вечера. «Почти все домашние дела лежали на детях: носили воду, дрова, ухаживали за скотиной, я сама доила корову, ведь мама с фермы приходила поздно. Вот так в непрерывной работе и проходило мое детство. Но дружная работа, хоть и тяжелая, никому не была в тягость. Люди в то время жили трудолюбивые, занимались скотоводством, земледелием, самыми различными ремеслами. Жили натуральным хозяйством, семьи были дружные, сплоченные». Все это было до тех пор, пока не началось переселение и объединение колхозов.
Бывшие жители очень редко теперь приходят поклониться земле-матушке, их взрастившей. «Вспоминаются просторы полей вокруг деревни с колосящимся золотом ржи, кукуруза, выросшая на удивление, в которой в детстве играли в прятки, красивейшие поля в цвету. А теперь там что, заросшие огороды, дороги и тропинки. Теперь они не «улыбались», как казалось мне в детстве, они были полны грусти и печали, они «погибали».
И мне порой становится ужасно стыдно за то, что мы натворили,  и обидно, что наши предки столько трудов вложили в эту землю, а мы так легко это все разрушаем. Деревни сами по себе не умирают, в этом помогаем им мы, уезжая и забывая о них».
Село Чемуртай было расположено на красивом возвышении, вдоль деревни тянулась улица, по обеим сторонам которой – красивые, добротные, ухоженные дома. Было весело зимой кататься на санках с бугра, а летом собираться у костра в лесу. Грибы носили, ягоды в летнюю пору. Заготовка сена велась в основном вручную. Дети в летнюю пору работали на сенокосе наравне со взрослыми, ведь не зря в наших краях говорили: «Лето – припасиха, зима – прибериха».
Сейчас если мы посмотрим на местность Чермутай,  то ничего не увидим. Не увидим, потому что там ничего нет кроме полей и леса. А ведь не так давно на расстоянии нескольких километров от  с. Петропавловка была небольшая деревня с простым русским названием Чемуртай. И человек, впервые попавший в те места, и не догадается, что стоит на месте бывшей деревни. Каждая деревня, каждое село – это не только дома, не только земли  и постройки, это – жители. И история деревни – это прежде всего история ее жителей.
Каждая деревня, исчезнувшая с карты и оставившая после себя только одно название, это всегда чья-то родина, чье-то детство, юность, частичка чьей-то души. И как горько и больно понимать то, что ты никогда в жизни не сможешь вернуться в родную деревню, пройти степенным шагом там, где в детстве бегал босиком, опереться на соседский плетень и сказать старенькой соседке: «Здравствуй, тетя Мань! Не узнала?». Горько и больно потому, что и здороваться не с кем, да и идти некуда, ведь больше нет на карте родных деревень. Деревень, где осталась частичка твоей души.
Историю общества нельзя «прокрутить назад», как кинопленку. Можно лишь гадать, как сложилась бы жизнь села Чемуртай, если бы  люди не стали покидать родные места. Может быть, к нашим дням оно превратилось бы в небольшой городок.
Мы предлагаем всем заняться сбором материалов по истории родного края, учитывая, прежде всего то, что наши родители, дедушки и бабушки являлись уроженцами этих мест. Крайне важно для нас всех знать не только факты общей, далекой истории, но и близкой, конкретной истории родного края. Знание истории способствует пробуждению патриотических чувств, а сохранение культурного и исторического наследия – доброе и благое дело.
Деревни могут исчезнуть с географических карт, но из памяти людей, которые там жили, они не исчезнут никогда!

Юлия Бальчугова.

Комментарии

хорошая рубрика. нельзя забывать свою историю, свои корни. в них наша сила.

минкульт
22.01.2012, 13:02
Оставить комментарий