31.08.2011
Просмотров: 1955, комментариев: 0

К тайнам княжеского кургана…

К тайнам княжеского кургана…

В местности Оргойтон, расположенной в 4 км от с. Зарубино, археологические исследования проводит совместная экспедиция Государственного Эрмитажа и Российской академии наук. Приблизят ли эти раскопки к разгадке одного из самых загадочных племён древности?

Они первые в Забайкалье стали использовать железо. Жители Поднебесной от их нападок воздвигли Великую Китайскую стену. Влияние этих кочевников в 3-1 веках до н.э. распространялось от Хуанхэ до Байкала и от Маньчжурии до Енисея. Их боялись древние жители даже в Западной Европе. Сейчас Гуннскую культуру и быт изучают археологи всего мира.

На прошлой неделе мы побывали в с. Зарубино, жители которого рассказали нам, что неподалеку от села работают археологи из Санкт-Петербурга. Для зарубинцев их раскопки – дело привычное, ведь эта земля таит несметные археологические «богатства».

– В детстве мы повсюду находили старинные монеты, металлическую посуду, элементы конской упряжи, предметы буддийского культа, – рассказывает библиотекарь Татьяна Алимовна Зарубина. – И это неудивительно: здесь, в междуречье Селенги и Джиды, во все времена жизнь кипела. В окрестностях Зарубино ученые в разное время открыли 18 археологических памятников – стоянки времен палеолита, могильники бронзового и железного веков, керексуры, петроглифы.

В живописной местности разбиты палатки, ведутся археологические раскопки. Руководитель экспедиции сотрудник Государственного Эрмитажа Николай Николаевич Николаев дал короткое интервью районной газете «ТVдубль».

- Гунны во многом предопределили тенденцию этногенеза обширного региона, который включает Забайкалье, включает территорию южной Сибири, Тувы, Алтая, северной Монголии. Игнорировать это обстоятельство никоим образом нельзя. Ильмовая Падь, Дырестуй, Царам, это список самых крупных захоронений гуннской эпохи, в который может добавиться ещё одно. В местечке Оргойтон в прошлом году археологи обнаружили несколько курганов.

Мы работаем здесь третий год. Экспедиция проводит раскопки совместно с институтом истории материальной культуры в лице Сергея Степановича Миняева, одного из крупнейших современных исследователей, занимающегося культурой хунно. Он кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института истории материальной культуры РАН г. Санкт-Петербург. У Сергея Степановича за спиной - исследования могильника Дырестуй, исследования крупнейшего на территории России Гуннского княжеского кургана в пади Царам. И вот сейчас он входит в состав нашей центральной экспедиции, представляя российскую академию наук. Работы начаты здесь, в пади Оргойтон, еще более 100 лет тому назад Юлианом Доминиковичем Тальком- Грынцевичем, нашедшим могильник. По описаниям и результатам раскопок, которые здесь провел Грынцевич, можно было бы однозначно интерпретировать его как могильник хунно или азиатский. И вот более чем 100 лет спустя, мы продолжили исследования этого могильника. На сегодняшний день сохранилась незначительная по всей видимости площадь когда-то очень большого древнего кладбища. То, что оно уходило на запад, абсолютно точно. В этом распадочке (показывает, рядом с ним) они неровные, очень много каменных кладок, которые явно сдвинулись с первоначального местоположения. Они неровные, как бы съехавшие, нарушенные.

И очень много камней, которые просто торчат из земли, т.к. здесь песчанистая почва, грунт очень подвижен, и каменные кладки могут в буквальном смысле путешествовать и уезжать достаточно далеко, поскольку время было: более 2 тысяч лет прошло с того момента, как были осуществлены захоронения на этом могильнике.

Сегодня мы надежно фиксируем здесь порядка 4-5 небольших курганов, т.е. каменные кладки, находящиеся на этом пространстве, наблюдаем визуально. И фиксируем, по всей видимости, 5 больших княжеских курганов, таких как тот, который мы исследуем. Эти курганы представляют из себя квадратную ограду, с южной стороны которых находится аллейка, выложенная камнями, обозначающая реальный вход в курган, археологи называют его «дромос». Именно по нему на глубину 11 метров гунны шли хоронить своего князя. Сейчас здесь расчищен верхний слой и первая каменная кладка готова к чертежу. После того как каждый камень зафиксируют на бумаге и сфотографируют, начнутся раскопки следующего слоя. И так раз за разом. Пока не дойдут до нужной глубины и не обнаружат само погребение. При этом величина кургана сама по себе говорит о знатном происхождении кочевника. Таких курганов здесь, по всей видимости, 5. Один мы уже зафиксировали. Правда, там не совсем понятна ситуация с его кладкой, может, действительно есть 5-й курган. Начали мы исследовать самый крупный курган на этом могильнике, который получил № 6, потому что 4 кургана раскопал Талька -Грынцевич и один в 2009 году раскопали мы. Причем, рядом с этим раскопанным курганом находится тот, который копал Талька-Грынцевич.

Как я уже говорил, этот могильник оставили племена хунно, которые стали известны в истории тем, что создали первое мощное политическое объединение, которое заставило считаться с собой традиционного гегемона этого региона - китайскую империю. На протяжении почти 300 лет хунно на равных с Китаем противоборствовали и являлись серьезным препятствием на пути распространения китайской военно-политической гегемонии в этом регионе. Исторические события носят сумбурный характер: были периоды военных обострений и примирений, в конечном итоге хунно оказались в весьма сложной военно-политической и дипломатической ситуации и вынуждены были сойти с политической арены. Но здесь надо отдавать себе отчет в том, что речь идет о государственном образовании хунно. Что касается племен, то, по всей видимости, то население, которое являлось носителем той культуры, с которой мы сталкиваемся, исследуя эти курганы, оно никуда не делось, оно продолжало жить на этих местах и смешалось с последующими этническими группами, которые продвинулись на эту территорию и стали ее осваивать и, так скажем, растворились.

- С какого времени вы здесь, в нашем районе?

- Мы ведем раскопки с 23 июля. Вместе со мной трудятся Сергей Степанович Миняев, Ольга Сергеевна Емелина, мой заместитель, мы представляем эрмитажную составляющую этой экспедиции, Максим Мартынов, волонтер из Улан-Удэ, ребята - школьники из г. Кяхта.

- Ваш рабочий день, явно, не нормирован?

- Да, определенный режим. Вставали сначала пол-седьмого, потом, чтобы увеличить рабочий день, - в 6 часов. 50 минут работаем, 10 -отдыхаем. Так 5 часов не разгибаясь, перерыв в самую жару. Вечером приходишь, покушаешь, уже ничего не хочется. Даже взрослому, физически крепкому, психологически тяжело переносить такой режим.

В воскресенье уезжаем, т.к. очень ограничены со сроками и средствами.

-Результаты есть? Вообще цель какая?

-Безусловно, есть. Всякая работа это перспектива как бы. Задумка очень сильная: исследовать весь этот могильник полностью, причем, полностью его перекопать.

- Значит, сюда, вы еще приедете неоднократно?

- Да, конечно. Всякая операция, в которой есть элемент технологизма, поделена на определенный цикл, он может быть больше, может меньше, но он должен быть закончен и зафиксирован. Вот сейчас мы закончили определенный этап и начинаем заниматься фиксацией, фотографируем, чертим. Это тоже достаточно трудоемкая и тяжелая работа.

Далее надо начинать новый этап. Ведь такие курганы по большому счету за день не копаются…Махануть могилу глубиной 3 метра, это уже ужасно, махануть курган глубиной 10 метров. И это все вручную, все на своем горбу. А сколько у нас этого камня навалено. Это все оттуда (каменные глыбы), ощущается…

- А вам-то не удавалось находить что-либо?

- Бывает. Ножичек, пряжки, бронзовые изделия. Поначалу это ужасные вещи, но если их вовремя отреставрировать, что-то остается. Кстати, Сергей Степанович все свои вещи из Дырестуя сдал в музей, теперь эти потрясающие экспонаты хранятся в Улан-Удэнском и Кяхтинском музеях. Но это были не такие курганы, а значительно меньше, даже в ряде случаев захоронения, которые выявить практически невозможно.

- Вы не боитесь, что после выезда вашей экспедиции местные жители начнут свои раскопки?

- Да пожалуйста, пусть пробуют. В Сибири существовал целый промысел, скажем так, бугорщиков. В свое время в казну принимали всякие вещи, из земли добытые, и это стимулировало грабительские раскопки. По всей видимости, это были грамотные мужики. И в этой ситуации выйти на не ограбленный курган фактически невозможно.

- Николай Николаевич, сколько лет Вы занимаетесь этой работой?

- Всю жизнь. В первый раз сюда я приехал, еще будучи студентом. Работал под руководством Сергея Степановича и Антонины Владимировны Давыдовой. Потом мы работали в Дуренах, в Дырестуе. В общем, системная целенаправленность.

- А оплачивают как? Фанатом, наверное, надо быть?..

- Да банально все. На археологов смотрят как на двинутых… А вы говорите взрослых нанять (смеется). Этот этап работы, на котором отражены некоторые реалии, связанные с временем хунно. Я могу абсолютно точно сказать, что так он выглядел на тот момент, когда его закончили возводить. Внутри лежал покойник, была возведена эта ограда, она сохранилась на всю высоту, по всей видимости. Она такой и была, внутреннее пространство было заполнено суглинистым грунтом, которым они заполнили всю ограду, включая подход. Получилась платформа с пандусом. Так он когда-то выглядел, давно-давно. Когда мы сюда приехали, он выглядел примерно так, у него фиксировались два камня на поверхности. Это те реалии, как бы исторические, а потом в процессе работы в конечном итоге вся ограда будет убрана, поскольку нам надо идти дальше.

Может быть, через некоторое время тайна непобедимых гуннских племён откроется до конца. И в происхождении современных народов Забайкалья тоже появится новая более точная интерпретация.

Прощаясь с археологами, мы поздравили их с прошедшим накануне Днем археолога, который отмечается 15 августа, и от души пожелали им крепкого богатырского здоровья, которое в первую очередь требуется для выполнения трудоемкой работы. Хотя, несмотря на постоянную боль в спине, Николаев продолжает каждодневный изнурительный труд, видя перед собой цель. Удачи вам, археологи!

Таисия Пашинская.

Комментарии