06.11.2022
Просмотров: 346, комментариев: 0

Эпистолярное наследие первого бурятского ученого

В преддверии знаменательной даты, 200-летия первого бурятского ученого Доржи Банзарова, хочется рассказать на страницах районной газеты об исследовательской, публицистической деятельности знаменитого востоковеда, ориенталиста 19 века.

Будучи уроженцем Сибири,  Доржи Банзаров тесно связал свою жизнь с передовой русской научной мыслью, с одним из ведущих центров науки - Казанским университетом. Особый интерес представляют личные взаимоотношения бурятского ученого с учеными-востоковедами.   Об этом  свидетельствуют  его труды, принесшие ему мировую славу, и которые вот уже на протяжении полутора веков живут интенсивной исторической жизнью, постоянно обновляясь в сознании все новых и новых поколений. О подобных произведениях В.Г.Белинский говорил, что они принадлежат « к вечно живущим и движущимся явлениям… Каждая эпоха произносит о них свое суждение». Пришло и наше время истолковать в своем духе эпистолярное наследие нашего великого земляка, Доржи Банзарова. Открыть для себя тайну его притягательности мы решили  из его работ и писем. Они не многочисленны, но имеют свои особенности и дают богатую пищу для размышлений.

Научное наследие  Д. Банзарова, хотя и невелико по объему - шестнадцать опубликованных работ с 1846 по 1851 гг. - весомо по своему содержанию и широте охвата научных проблем. Кроме того, найдены двадцать четыре письма, где автор излагает и отстаивает свою точку зрения по дискуссионным проблемам востоковедения. Доржи Банзаров, как и О.М. Ковалевский и другие ученые своего времени, принадлежал к тому поколению отечественных востоковедов, для которых была характерна энциклопедическая широта научных интересов. Он известен не только как монголовед, он много сделал в области тюркологии, алтаистики и маньчжуроведения. Его научная методология основана на историческом подходе к изучаемому материалу, будь это лингвистический, фольклорный или литературный. Для его трудов характерен сравнительно-исторический метод, значительно расширяющий горизонты его исследований.

Доржи  Банзаров, помимо тщательного и кропотливого историко-филологического анализа рукописных, а также изданных первоисточников - средневековых монгольских памятников (не только шаманских, буддийских рукописей, но и летописей, которые, как известно, содержат много литературных источников на старомонгольской письменности и на так называемом «квадратном письме»), занимался расшифровкой монгольских надписей на пайдзах (серебряных дощечках ХШ-ХГУ вв.), на «Чингисовом камне», который был найден неподалеку от Нерчинска в Читинской области и привезен в Петербург в 1832 г. «Чингисов камень», пайдзы монгольских ханов и мн. др. можно увидеть и сейчас в Эрмитаже.

Заслуга  Доржи Банзарова  в том, что он впервые в востоковедческой науке в работе «Черная вера, или шаманство у монголов» раскрыл суть шаманизма и показал, что «вера монголов произошла из того же источника, из которого образовались многие древние религиозные системы; внешний мир - природа, внутренний мир - дух человека, и явления того и другого - были источником черной веры» [4, с. 52]. Затрагивая вопросы философии религии,  Банзаров  приходит к выводу, что «основная идея в религии, по-видимому, должна быть произведением духа, вникающего в самого себя и наблюдающего над природою, предполагать предварительное усмотрение...». Формулировка, данная  Банзаровым  народной философии, безусловно, носит всеохватывающий, точный и емкий смысл, и звучит в целом как стих: «Монголы почитали небо мужским, а землю женским началом природы; первое дарует жизнь, а вторая — форму предметам; первое у них называется отцом, вторая — матерью». Далее он продолжает: «небо дарует душу человеку; это творческое его действие означается у монголов словом дзаяга, дзая, которое обыкновенно переводится как судьба. Но в старину оно выражало понятие, отличное от судьбы; оно означало свободную волю неба, по определению которой человек рождается на земле» [4, с. 56]. По сути  Доржи  Банзаров  выразил формулу человеческой жизни, причем в художественной форме. Возможно, это связано с предметом его исследования, так как шаманизм в основе своей тесно связан с художественным поэтическим словом и мифами.

Особое место в ряду источниковедческих работ принадлежит научному описанию, систематизации  Д. Банзаровым  ценнейшего собрания исторических, фольклорных и литературных рукописей, больше известных как «Каталог книг и рукописей на маньчжурском языке, находящихся в Азиатском музее Императорской Академии наук». Их составление - это большая скрупулезная научно-исследовательская работа, положившая начало изучению маньчжурской истории и культуры в российской науке. Объем и качество работы, проделанный  Банзаровым  впечатляет. Лишь перечислим разделы каталога: языкознание, классические книги, философия и нравственность, география, история, законодательство, буддизм, христианство, военное искусство, медицина, словесность. Многотомные словари (например, два тома могли состоять из 26 книг), книги, представляющие китайскую классику (напр., сочинения ученых-мыслителей Конфуция, И-дзина, Мы-шу, Сяо-дзин), биографии замечательных людей (1739) содержат 16 томов и состоят из 132 книг, собрание документов истории войны Китая против Галдана Бошокту Джунгарского, (1709) соответственно из 5 томов и 50 книг; книги по истории династии Мин, тайные доклады одного из губернаторов, материалы по истории взаимоотношений Китая с Россией и Англией, дипломатические переписки, договора и рукописи.

Несомненно, чтобы поработать над этими книгами и рукописями нужно было не только хорошее знание языков, но и философии, литературы и культуры, не только маньчжурской, но и китайской. Как  Банзаров  исследовал страницу за страницей, свидетельствуют его комментарии, аннотации к книгам. Можно предположить, вряд ли эти материалы имели какой-то порядок в хранилище музея, наверное, ему пришлось изрядно поднимать бумажную пыль, перелистывать почти ветхие листы, вчитываться в неясные строки, чтобы сгруппировать их по томам, по тематике, перевести их на русский язык, написать комментарии и др. Вероятно, исторические мифы и предания, а также романы и рассказы потребовали еще большего времени, чем другие книги, ибо надо было ознакомиться с содержанием каждого из них, что подтверждается четким делением их на историческую и художественную. Нетрудно предположить, что это было нелегким делом, требующим специальных знаний и профессионализма, если только стихи императора Цянь-луна о первоначальной столице маньчжуров Мукдене составляют 29 книг.

В данной статье мы уделили внимание и дружеским письмам Доржи Банзарова, который относился к когорте творческой интеллигенции того времени. Обращение к дружеским письмам великого ученого  являлось  не случайным. Данные письма отражали состояние языка соответствующей эпохи, особенности его функционирования.  Именно в дружеских письмах раскрывается «секрет» использования языка, обнаруживается система речевых предпочтений,  где наиболее полно раскрывалась языковая личность Доржи Банзарова. Характерной чертой этих посланий  являлись  «раскованность», содержательная свобода, доверительно-дружеские отношения между коммуникантами.  Дружеское письмо определялось  нами как неофициальное персональное опосредованное общение лиц (автора и адресата), характеризующиеся достаточной содержательной свободой, наличием ритуальных эпистолярных элементов (обращение, подпись, а также дата, место написания), ориентированное, как правило, на получение ответа или само являющееся ответом. Для дружеского письма существенное значение имело постоянное ощущение автором письма личности адресата, характерны доверительные отношения между корреспондентами.

В cловаре русского языка значение слова «дружба» определяется как «отношения между кем-л., основанные на взаимной привязанности, духовной близости, общности интересов и т.д.» (Словарь русского языка., 1985, т. 1.-.449)

Дружеская переписка носила не только интимный характер, но и становилась своеобразной формой общественно-публицистических и литературных бесед, являясь творческой «лабораторией». Поэтому  в дружеском письме обнаруживаются элементы не только художественной литературы, но  научного публицистического, разговорного  стилей.  Дружеские письма творческой интеллигенции уже XIX века  являлись не только средством личного общения, но и своеобразной формой ознакомления с культурной, научной, общественной жизнью определенной эпохи.

При изучении дружеских писем Д. Банзарова важным являлся тот факт, что все его послания создавались в процессе общения и отражали контакт и межличностные отношения между автором и адресатом. К  эпистолярному  наследию Д.Банзарова следует отнести его «Письма…», которые он писал с 1848 года. Д.Банзаров вел активную переписку с А.А.Бобровниковым, И.Н.Березиным, В.В. Григорьевым, А.А.Шифнером.

В процессе исследования были выявлены следующие характерные признаки текста дружеского письма: отражение особенностей речевого этикета; полифункциональность,  политематичность,  диалогизация, наличие  коммуникативно-прагматической оси  «Я–ты»,

Особенности речевого этикета. Каждое письмо состоит из четырех частей.

1) Обращение начинается с приветствия

2) Выступление начинается с какой-нибудь любезности, пожелания.

3) Изложение о предметах, интересующих адресата.

4) Заключение состоит в заявлении чувств преданности и почтения.

Рассмотрим некоторые особенности  этикета писем Доржи Банзарова. По этикету того времени письма, как правила, начинались с приветствия. На примере (Письмо академику А.А.Шифнеру, Казань, от 4-го января, 1849 г.). «Любезный  друг Азии Антон Антонович!....», «Любезный Василий Васильевич! Воззрение милостиво на поднесение ваше на сем листке приветствие!» (письмо В.В. Григорьеву от 23.09.1848г),  «..Привет от Доржи, сына Банзарова, из поколения Урянхайцев, прибывшего из страны монгольской для переправы через море мудрости, но претерпевшего крушение от бури и оставшегося в Казани, подобно пленнику..» ( Письмо А.А. Бобровникову, Казань, 15-го марта 1847 г.).    В данном ключе выдержана вся экспозиционная часть биографии Д.Банзарова и повествование это,  сближает ее с образцами реалистической прозы.  В обращениях такого рода  подчеркивается официальный характер посланий, особое уважение автора письма к человеку, которому это письмо предназначено, и здесь речь не идет о сословной иерархии.    

Вступление начинается с какой-нибудь любезности, пожелания.  Из письма А.А.Бобровникову от 12.04.1848г.  «Ваш ничтожный брат, желающий вам спокойствия и здоровья…»,  из письма Палладию Кафарову от 23.09.1848г. «Благодарю вас за добрую память и благодарственный адрес..».

Изложение о предметах, интересующих адресата.  Из письма Палладию Кафарову от 18.08. 1848г. «Ученые мои занятия теперь состоят в составлении статьи для П.С.  Савельева», « Между прочим, я достал сочинение Висковатова об одежде и вооружении русских войск и нашел в нем с десяток названий чисто монгольских».

Заключение состоит в заявлении чувств,  преданности и почтения.  Из письма А.А.Шифнеру от 04.01.1849г. «Простите за письмо только скудное содержанием», из письма А.А.Бобровникову от12.04.1848г.  «Уповайте на гурбан эрдэни!»

Анализируя речевой этикет дружеских писем Д.Банзарова, мы можем утверждать, что автор обладает высокой внутренней и речевой культурой.  Он, как ученый,  проявился в тексте с наибольшей полнотой, и  степень его воздействия на адресата  оказались достаточными и убедительными для поддержания продуктивного общения. В такой ситуации адресант и адресат выступили  как единое целое, поскольку структура, содержание и характер изложения информации обусловлены ими обоими одновременно.

Дружеское письмо в отличие от других типов писем обладает рядом классификационных функций. Одной из характерных особенностей дружеского письма является его стилистическая неоднородность. В процессе исследования были выявлены следующие характерные признаки текста дружеского письма: полифункциональность,  политематичность, диалогизация,

1. Полифункциональность. При этом функция языка понимается нами как «…роль, употребление, назначение языка в человеческом обществе». В дружеском письме Доржи Банзарова  выделены следующие функции:

-коммуникативная (функция общения)

-когнитивная (информативная, функция сообщения),

-экспрессивно-эмоциональная (функция самовыражения и выражения чувств и эмоций).

Точность суждений и проста его писем, связаны с эмоциональной насыщенностью романтической натуры их автора. В проанализированных письмах самое большое распространение получили образные выражения обращения, которые выражают особое доверительное, дружеское расположение к адресату. Это достигается путем использования необычных эпитетов, сравнений. Письмо А.А.Бобровникову от 12.04.1848г. «Достигшему предела всей премудрости,- сияющему как летнее солнце  среди моря грамматики,- родом ойрату калмыцкому…  Небольшое послание.» Сразу бросается в глаза необычное начало письма - инверсия (стилистическая фигура- одна из самых распространенных в художественной речи). Отношение между А.А.Бобровниковым и Д.Банзаровым с самого начала складывались наилучшим образом, почти что родственным. Это  прослеживается еще в начале письма и акцентировано с помощью антитезы « ваш ничтожный брат», и радость его вызванная ответным письмом, дается в сравнении с радостью пятиста купцов, «…которые нашли в море драгоценность  величиною с лошадиною голову».  С помощью гиперболы «.. Содержание вашего письма глубже реки Идиль» автор обыгрывает все возможные сравнения, которые могут быть вообще.

- Прагматическая (функция воздействия) функция.  Одна из функций дружеского письма это прагматическая, то есть,  если  полученная информация    оказывает глубокое воздействие, то это побуждает к каким-то действиям. Иначе говоря, осу¬ществляется  прагматическое воздействие на получателя инфор¬мации. На примере письма А.А.Бобровникову от12.04.1848г. « Как ни приятно вообще письмо ваше, но еще приятнее и глубокомысленное обещание, что вы приготовите новую колоду карт и хорошую водку к моему приезду. Если это исполнится для пользы всех существ, то добродетель ваша будет так велика, что и сказать нельзя!»

- Политематичность. Характерной особенностью дружеского письма Д.Банзарова является его политематичность, то есть в письмах сфера общения тематически не ограничена. Наряду с автобиографизмом, темами бытового характера в письмах обсуждаются общеполитическая жизнь, наука и искусство. На примере письма  А.А.Бобровникову от 12.04.1848г. характерна политематичность:  «Занятия их подобны представлению десяти игрищ»,  « Есть здесь огромное здание, которое называется Академия, где хранится множество вещей, принадлежащих буддистам»,  « У обитателей Запада настало теперь смутное время».  

- Диалогизация дружеского письма – под ней понимается  речь  двоих, поскольку дружественное письмо ориентировано на получение ответа. Реализуется прежде всего синтаксическими средствами: обращениями, вопросительными и побудительными высказываниями, а также повествовательными, содержащими ’установку’ на ответ; подписями. Также в письмах  часто используются синтаксические и морфологические средства выразительности:

 - ряды однородных членов  «…невинных, безгрешных и простодушных здесь легко обманывают и надувают…», « кто говорит по чухонски, кто по-немецки, другие по- французски и т.д.;

причастия: «достигшему предела», «сияющему как солнце», «многозначащее письмо», скитающемуся по городам и странам»;

- местоимения, придающие  тексту особую экспрессию: « всем премудрости», «ваш ничтожный брат», «черты характера их», « я шью сапоги», «мысленно живу с вами»;

- риторическое восклицание: «Первое дело - мизеры: без того что мы за люди!

Таким образом, изобразительно-выразительные средства языка, как мы могли убедиться   богаты и разнообразны. Здесь и тропы, и стилистические фигуры, призванные украшать речь, делать ее точной, ясной, выразительной. Здесь же богатый лексикон авторского письма, вобравшего в себе несметные сокровища и ценности русского языка.

И еще важно то, что он сумел наложить оригинальную самобытную печать своей личности. И именно его письма с характерными только ему  живописностью, образностью непринужденностью описания, блестяще подчеркивают его высокие моральные качества и скрытый талант «писателя-художника». В сочинениях Д.Банзарова публикуются письма, с помощью которых можно лучше понять атмосферу, в которой жил и творил ученый, кто был ему дорог.  Мы не только проникаем в его творческую лабораторию, но познаем его как личность.

Исходя из реалий сегодняшнего дня, мы вполне способны оценить степень значимости эпистолярного жанра Д.Банзарова, первого бурятского ученого, сумевшего продемонстрировать удивительные возможности  самоидентификации личности, творческого самораскрытия, в том числе на уровне превращения эпистолярия  в коммуникативный текст.  

О. Карпова,

 председатель совета

ветеранов педагогического труда.

Комментарии