09.04.2023
Просмотров: 1237, комментариев: 0

Из истории Гражданской войны в Джиде

В 1921 году в Желтуринской станице Особый отдел возглавлял Вершинин (имя, отчество не установлены). Основной задачей Особого отдела была борьба с контрреволюционными элементами. Под пристальным вниманием этого органа оказался Иванов – Римский В. И. – командир коммунистического отряда. Шафер – следователь Особого отдела, по указанию Вершинина, арестовывает Иванова – Римского. Для расследования этого инцидента Особый отдел ИркГубЧКа в Желтуру направляет уполномоченного (фамилию установить не удалось). Результаты расследования уполномоченный изложил в докладе, адресованный начальнику Особого отдела ИркГубЧКа тов. Берману М., копия направлена военкому штаба Пятой армии.

Доклад

о деятельности и оперативной работе отряда под командованием Иванова – Римского.

В Джидинский район в станицу Желтуринская я прибыл 16 мая сего года. Прежде чем приступить к работе, предварительно ознакомился с положением в Джидинском районе. Установил: отношение местного казачества к Советской власти доброжелательное, недовольства к представителям местной военной и гражданской власти со стороны населения не наблюдалось. Нередко приходилось убеждаться в популярности Иванова – Римского. От мужского населения часто приходилось слышать: как только посевные работы закончатся, сразу же пойдём в его отряд.

Я убедился ещё и в том, что Особый пограничный отдел № 1 пристально следит за каждым шагом местных властей. Но чем шире разворачивалась передо мною череда событий в Джидинском районе, начиная с 15 марта по 25 апреля сего года, тем больше я убеждался в том, что «зоркий глаз» Особого отдела зачастую направлялся не туда, куда следовало бы. В этом просматривается сильное желание начальника Особого отдела тов. Вершинина поддержать как свой личный авторитет, так и авторитет своего учреждения. К сожалению, это желание в некоторых случаях сильно вредило нашему общему делу – делу революции.

Товарищ Иванов – Римский, проживший несколько лет в Забайкальской области, а в годы семёновщины скрывался в прибайкальской тайге, хорошо знал нравы и обычаи бурят, монголов и русских. Будучи райвоенкомом Джидинского района, он понимал важность привлечения местного населения в предстоящей борьбе с войсками барона Унгерна, в составе которых находился отряд белоказаков под командованием атамана Сухарева. Понимая неизбежность столкновения с отрядом атамана Сухарева, Иванов – Римский вёл агентурную работу, посылая своих людей в Монголию, с целью сбора военной информации.

Особый отдел, «зорко следящий» за всём, что происходит в районе, не мог не знать о формировании агентурной сети на территории Монголии. И всё же, начальник Особого отдела Вершинин принял решение: арестовать товарища Иванова – Римского. Исполнителем этого задания был назначен следователь Шафер, прибывший только что из Иркутска. Вслед за Шафером с секретным заданием ГубВоенКома приехал товарищ Дёмин. Для успешного выполнения поручения, он по прибытию в РайВоенКомат представился в качестве беспартийного сотрудника. Выполняя возложенную на него работу, Дёмин одновременно тайно собирал сведения о Иванове – Римском. Вскоре он убедился: за Ивановым – Римским, порочащих его честь поступков, нет.

В это же время контрреволюционер Сухарев приблизился со своим отрядом к границе, угрожая нападением на мирное население станицы и расправой хорошо известных ему одностаничников, среди которых в большинстве были члены РКП(б).

Все коммунисты и сознательные граждане Джиды были готовы по первому же зову товарища Иванова – Римского выступить против Сухарева. Момент столкновения приближался с каждым днём и в этот критический момент является следователь Шафер и сообщает Дёмину, что на следующий день он арестует Иванова – Римского и ему придётся занять его место.

Дёмин поинтересовался: «Какой компрометирующий материал имеется на Иванова – Римского?». Ознакомиться с ними ему было отказано. Принимая дела арестованного военкома, Дёмин обнаружил материалы, содержащие сведения о агентурной сети на территории занятой Унгерном. С арестом Иванова – Римского можно было потерять агентов на подготовку которых потрачено несколько месяцев.

Осознав это, Дёмин в категорической форме потребовал от Шафера объяснения: почему Иванов – Римский арестован? Шафер и на этот раз отказался говорить что – нибудь по этому поводу. Через некоторое время к Шаферу приходит один из сотрудников военкомата, бывший чиновник, и сообщает ему, что он помнит случай, когда Иванов – Римский на празднике выпил рюмку водки. После чего Шафер является к Иванову – Римскому и заявляет: «В виду поступления дополнительного материала он объявляется арестованным и должен сдать оружие».

Собирая в тайне материалы, якобы компрометирующие Иванова – Римского, Дёмин выяснил, что Особый отдел располагает сведениями о расстреле двух командиров партизанских отрядов в 1919 году, когда Иванов – Римский был командующим Байкало – Кударинским фронтом.

Но об этом случае было известно всему фронту, они действитель-но были расстреляны за пьянство, мародёрство и не подчинение.

Дёмин самолично убедился в том, что на Иванова – Римского нет столь веского компрометирующего материала, на основании которого нужно было арестовывать в та-кой критический момент несомненно ценного работника.И Дёмин принимает решение: Иванова – Римского из – под ареста освободить и дать ему возможность заниматься подготовкой отряда к отражению нападения банды Сухарева; следователя Шафера арестовать и направить его в Особый отдел.

После освобождения из – под ареста Иванов – Римский немедленно едет в штаб монгольской армии, где товарищ Лятте передал в его распоряжение 50 монгольских вои-нов – чахар. Он же информировал его о возросшем влиянии отряда атамана Сухарева на приграничной монгольской территории на протяжении трёхсот вёрст от Цаган – Усуна до Шара – Азарги. Иванову – Римскому, как командиру небольшого партизанского отряда, пока особых директив не было дано. В беседе с ним Лятте сказал: «Я вас знаю, и вы тоже должны меня знать. Возвращайтесь в Желтуру, пополните свой отряд новобранцами».

В Желтуринской станице в отряд Иванова – Римского вступили 30 коммунистов. Численность отряда возросла до 80 человек, на его вооружение были русские трёхлиней-ные, итальянские и японские ружья, берданки. На каждого человека имелось по 35 па-трон. Иванов – Римский договорился с начальником штаба монгольской армии тов. Лятте и Джидинскимрайвоенкомом тов. Дёминым о том, что военные грузы, предназначенные для его отряда, будут проходить через Дёмина. 2 апреля 1921 года отряд из Желтуры направился в Монголию.

                Партизанскому отряду Иванова – Римского были поставлены следующие задачи:

                - на первое время, в виду малочисленности отряда, избегать столкновений с про-тивником;

                - пополнять численность отряда за счёт местного населения, т. е. монгол;

                - оперативные действия начать после значительного увеличения численности от-ряда.

Продвигаясь по территории Монголии до речки Модонкуль, Иванов – Римский до-вёл численность отряда до 300 человек. Для вооружения отряда из резерва 310 стрелко-вого полка, ещё будучи в Желтуре, было получено 100 винтовок и 1000 патронов.

В средних числах апреля отряд подошёл к Баян – Голу, где застал хозкоманду одного из полков  атамана Сухарева. В скоротечном бою со стороны противника было убито 6 человек и шестерых взяли в плен. Из числа пленных четверо русских были расстреляны, а монголы в числе двух оставлены в партизанском отряде.

Расстрел пленных казаков Иванов – Римский произвёл по следующей причине. Дня за три до занятия Баян – Гола, отряд взял в плен 9 белоказаков. Пленных связали и под конвоем, которых было три человека, отправил в Желтуринскую станицу. Накануне взятия разъезда на Баян – Голе, всех трёх конвоиров нашли убитыми, а пленные исчезли. Наверняка они были освобождены сухаревцами. Для сопровождения шестерых человек требовался усиленный конвой, поскольку по пути следования в Желтуру была большая вероятность встречи с мелкими группами противника.Организовать такой конвой из – за дефицита бойцов командир не мог позволить себе.

 В Баян – Голе, захватив с собою в качестве трофея лошадей, повозки, муку и  фу-раж, Иванов – Римский двинул отряд в направлении Ахай –Гуковской кумирни. В этом же направлении двигался обоз, в составе которого были семьи белоказаков: женщины и дети общей численностью 27 человек. Двадцать восьмым оказался мужчина, сопровождавший обоз. Недалеко от кумирни обоз был настигнут и немедленно отправлен обратно в Желтуринскую станицу.

На следующий день, переправившись через Селенгу у Перевоза, в 15 верстах от переправы отряд вошёл в соприкосновение с противником, бой оказался скоротечным. Между тем, весеннее солнце грело всё сильнее, и Селенга могла вскрыться в ближайшее время. Оставаться на правом берегу полноводной реки с быстро убывающими боеприпасами и отсутствием пулемётов, командир отряда посчитал делом рискованным. Было решено: переправиться через реку обратно, остановиться у Перевоза и вести разведку.

У Перевоза отряд простоял 6 дней. В это время со стороны противника пришёл по-сланный Ивановым – Римским лама, он сообщил: «В Ван – Курен прибыл отряд численностью около 1600 человек, в скором времени он будет переброшен к желтуринской границе». Из Желтуры нарочный доставил письмо от Дёмина. Он сообщал: «В станицу доставили пулемёты и патроны».

Между тем разведка установила: в 40 верстах выше Перевоза через Селенгу пере-правился отряд в числе 400 человек, а ниже, также в 40 верстах, переправился второй отряд численностью около 150 сабель. С юга стали появляться частые разъезды противника.

Также было установлено: первый отряд направляется в сторону Модонкуля. Зна-чит, он будет угрожать Иванову – Римскому с тыла.

 По расчётам Иванова – Римского, из Желтуры должен был прибыть транспорт с пулемётами и боеприпасами, но таковой всё не прибывал. Простояв у Перевоза ещё полтора суток, и, не дождавшись транспорта, отряд переместился на 20 вёрст ближе к Желтуре. Через полсуток отряд вновь двинулся в путь и, преодолев очередные 20 вёрст, сделал остановку в надежде встретить транспорт с военным грузом и, пополнив боеприпасы, пойти в наступление на противника, зашедшего в тыл.

 А транспорта всё не было и не было. Монголы, которых в отряде было большин-ство, стали роптать, требуя патроны. Иванов – Римский знал, что этот народ может быть  послушным и воинственнымлишь до тех пор, пока видят перед собою отступающего про-тивника. Если ситуация изменяется в обратную сторону, то эти солдаты, не приученные кдисциплине и боевому порядку, превращаются в бестолковую толпу.

Отряд вновь снялся и, преодолев 40 вёрст, остановился в местности Шарон – Мон – Хатай, где простоял три дня. Здесь Иванов – Римский получил письмо от военрука Джи-динского райвоенкомата, в котором тот сообщал: «Дёмин арестован начальником Особо-го отдела, имеется ордер на арест Иванова – Римского. Предназначенное ему оружие задержано по распоряжению Особого отдела».

Монголы каким – то образом узнали о задержке оружия и аресте Дёмина стали роптать сильнее. Положение осложнялось. Командир принимает решение: уйти отрядом поближе к границе и, не дойдя до неё 40 вёрст, затабориться. Сам же, оставив за себя своего заместителя, отправился в штаб монгольской армии для выяснения сложившегося положения.

Вершинин, как начальник Особого отдела, посчитал арест Шафера оскорбитель-ным, принижающий его авторитет,действием и как пособничество Иванову – Римскому. Арестовав Дёмина, Вершинин, таким образом, сорвал доставку оружия отряду Иванову – Римскому. Этим был сорван так же план монгольского правительства, которое планиро-вало после занятия Ивановым – Римским Баян – Гола, на подкрепление ему двинуть ар-мию из Маймачена.

Прибыв в штаб монгольской армии, Иванов – Римский доложил о задержке ору-жия. Реввоенсовет 5 приказал Вершинину: оружие доставить в отряд немедленно.

О задачах похода отряда Иванова – Римского по территории Монголии Реввоенсо-вет был своевременно информирован. В какой мере был информирован об этом Особый отдел установить не удалось в виду отсутствия Вершинина.

Настоящее дело не считаю расследованным с достаточной полнотой, поэтому нахожу нужным произвести дополнительное расследование по вопросу о действиях Осо-бого отдела, тормозивших осуществление планов командования монгольской армии.

 К делу прилагаются: схема района действия отряда Иванова – Римского и след-ственный материал на 30 страницах.

 Уполномоченный: фамилия неразборчива.

ЦГАСА, фонд 185, оп.1: Д.172, л.197; Д. 173, л.26; Д.174, л.2.

Дальнейшее расследование этого инцидента, видимо,не было проведено, по-скольку на данной докладной записке имеется резолюция М. Бермана, начальника Осо-бого отдела ИркГубЧК от 08.06.1921 г.: Вершинина и Шафера арестовать и предать суду.

Первоисточник предоставил наш земляк Кургузов Павел, за что ему выражаю ис-креннюю благодарность за столь интересный материал. Литературная обработка произ-ведена мною.

Краткие сведения о лицах командного состава, упомянутые в докладной записке.

 Иванов – Римский Василий Иванович, 1882 – 1942 г.г. Бывший капитан царской армии,

перешедший на сторону Советской власти. В период семёновщины скрывался в Кударин-ской волости, принимал активное участие в подготовке к вооружённому восстанию про-тив белогвардейского режима, был командующим Кудара – Байкальского фронта. Участ-вовал во многих боях по очищению Забайкалья и Дальнего Востока от белогвардейцев и интервентов. В 1920 – 1921 годах был заместителем начальника штаба монгольской ар-мии. В период борьбы с Унгерном в Желтуре командовал коммунистическим отрядом.

 Матвей Берман 1898 г.р., закончил военное училище в Иркутске, был зачислен в 25 запасной стрелковый полк. В августе 1918 года примкнул к большевикам, зачислен в ЧК в звании начальника службы госбезопасности. В 1923 году произведён в должность народного комиссара госбезопасности Бурят – Монгольской АССР.

Лятте П. И., советский военный специалист, вступил в должность начальника Генерального штаба монгольской армии в марте 1921 года.

 

И. Мельников.

               

               

               

 

 

Комментарии